Без рубрики

Детские возрастные страхи

Дети отличаются от взрослых. Но страхи у нас с ними общие. И всё же дети переживают страхи иначе и поддержка от взрослых им нужна определённая в определённом возрасте. Данная статья опирается на научные труды, основанные на обширных исследованиях. Поэтому предлагаю принять во внимание приведённые выводы и, как всегда, принять то, что нужно именно вашей семье.

В норме детские страхи обусловлены возрастными особенностями и имеют временный характер. Детские страхи, если к ним правильно относиться, понимать причины их появления, чаще всего исчезают бесследно. Если же они болезненно заострены или сохраняются длительное время, то это служит признаком неблагополучия, говорит о нервной ослабленности ребенка, неправильном поведении родителей, незнании ими психических и возрастных особенностей ребенка, наличии у них самих страхов, конфликтных отношений в семье. К сожалению, в большинстве случаев страхи возникают по вине самих родителей, и наш долг — предупредить возможность их появления и оградить детей от страхов, вызванных семейными неурядицами, душевной черствостью или, наоборот, чрезмерной опекой, или же просто родительской невнимательностью. И от того, смогут ли родители уловить эти перемены, понять изменения, происходящие с сыном или дочерью, и в соответствии с этим, изменить свои отношения, будет зависеть тот положительный эмоциональный контакт, который является основой нервно-психического здоровья ребенка. Помните, что думать и прилагать усилия для теплоты между вами нужно постоянно.

Страхи возникают при угрозе потери чего-то значимого: жизни, здоровья, ценностей, социального статуса. Более распространены внушённые страхи, переданные взрослыми. «Не подходи — упадешь», «Не бери — обожжешься», «Не гладь — укусит», «Не открывай дверь — там чужой дядя». Но если запугивать «без нужды», так, на всякий случай, то дитя полностью теряет спонтанность в поведении и уверенность в себе. При чрезмерной податливости страхам, зависимости от них, меняется поведение ребёнка, он становится неуверенным в себе, а временами его может даже разбить «эмоциональный паралич». Тогда-то страхи и начинают размножаться без каких-либо ограничений. Тревога — это предчувствие опасности, состояние беспокойства. Апофеоз страха и тревоги — ужас.

Дети разного возраста по-разному реагируют на ту или иную ситуацию.
Повышенное беспокойство у детей первых месяцев жизни чаще всего возникает, когда не удовлетворяются их жизненно важные физиологические потребности в пище, сне, активности, освобождении кишечника, тепле, то есть в том, что определяет физический и эмоциональный комфорт младенца. Он не может терпеть, ибо его потребности биологически предопределены и направлены на поддержание и развитие жизни. Беспокойство в отсутствие матери становится отчетливо выраженным в 7, а боязнь чужих — в 8 месяцев, что указывает на эмоциональный контакт с матерью и способность отличать ее от других, то есть на появление избирательных отношений. Прочный эмоциональный контакт с матерью обеспечивает ребёнку спокойствие и радость. Сохраняется повышенная чувствительность к эмоциональному состоянию близких для ребенка взрослых. При их тревоге, страхе, возбуждении, семейных конфликтах у малыша возникает ответная эмоциональная реакция, часто в виде плача и крика. Если мать приветлива и доверительна в общении с другими людьми и не обнаруживает беспокойства, то ребенок успокаивается быстрее, а главное — сам собой. В противном случае настороженность к незнакомым людям у матери может стать подозрительностю и застенчивостью у ребенка.

От 1 года до 3 лет.
В эмоционально спокойной и жизнерадостной семье у детей к концу первого года жизни заметно уменьшаются, если были, нерезко выраженные признаки невропатии — следствие тех или иных нарушений во время беременности и родов. Ребенок меньше беспокоится по ночам, крепче спит, не так реагирует на шум, яркий свет, перемену обстановки. Всего этого не происходит в тех семьях, где родители конфликтуют между собой, считая, что ребенок слишком мал, чтобы осознать их отношения. Безусловно, дети не понимают, но эмоционально воспринимают конфликт, испытывая острое чувство беспокойства всякий раз, когда неожиданно меняется поведение взрослых. Нужно помнить, что эмоциональное напряжение матери в конфликтной ситуации сразу передается ребенку, неблагоприятно отражаясь на его самочувствии.
Возраст 2-4 года называют возрастом упрямства. Фактически же речь идет о развитии волевых качеств, противостоящих неуверенности в себе и нерешительности в действиях и поступках. Те родители, которые беспощадно воюют с ребенком, все время ограничивают его самостоятельность или оберегают от любых, даже «неопасных опасностей», рискуют помешать развитию активности на самых ранних этапах, что в дальнейшем способствует появлению страхов. В рассматриваемом возрасте созревают новые страхи. Главным персонажем страшных сновидений чаще всего оказывается Волк. Его зловещий образ часто появляется после слушания сказок, в том числе о Красной Шапочке. Волк снится чаще детям, боящимся наказания со стороны отца. Кроме того, Волк ассоциируется с физической болью, которая возникает при воображаемом укусе острыми зубами. Последнее весьма существенно, если учесть характерный для детей данного возраста страх перед уколами и болью.
Проблемы страхов у детей не существует у тех родителей, которые уверенно и в то же время гибко ведут себя по отношению к детям, учитывают особенности их темперамента, зарождающиеся склонности и интересы, считаются с их «я». Страхов в первые годы всегда меньше и они быстрее сходят на нет, если мать рядом с ребенком, в семье доминирует отец, родители не ведут «войну» с упрямством, развивают, а не подавляют или заглушают тревогой формирующееся «я» ребенка, сами родители уверены в себе и способны помочь детям в преодолении воображаемых и реальных опасностей.
3-5 лет. Как известно, эмоциональное развитие в основных чертах заканчивается к 5 годам, когда эмоции уже отличаются известной зрелостью и устойчивостью. Страхов значительно меньше у детей, имеющих возможность общения со сверстниками. Это неудивительно, поскольку именно тогда раскрывается вся палитра эмоций, приобретаются навыки защиты, адекватного восприятия неудачи и гибкость поведения в целом. В этом отношении гораздо лучше лишний раз сходить на детскую площадку и постараться через совместную игру наладить взаимодействие детей разного пола. По данным факторного анализа на ЭВМ, наибольший удельный вес имеет фактор страхов, в который входят страхи одиночества, нападения и сказочных персонажей, причем у мальчиков в большей степени, чем у девочек. Тогда антиподом доброй, ласковой, любящей матери, которая не кричит, не угрожает, духовно и физически красивой, является образ Бабы Яги. Специальный опрос показал наиболее частые страхи перед Бабой Ягой, Кощеем и Бармалеем у мальчиков в 3 года, у девочек в 4 года, (соответственно 34 %, 28 % и 34 % мальчиков и 50 %, 42 % и 47 % девочек). Мальчики, следовательно, раньше начинают реагировать на опасность, исходящую от чудовищ, а девочки чаще их боятся. Перечисленные персонажи в известной мере отражают страх наказания или отчуждения родителей от детей при недостатке столь существенных в данном возрасте любви, жалости и сочувствия.
Одной из характерных особенностей старшего дошкольного возраста, как уже отмечалось, является интенсивное развитие абстрактного мышления, способность к обобщениям, классификациям, осознание категории времени и пространства, поиск ответов на вопросы: «Откуда все взялось?», «Зачем люди живут?» У 6-летних детей уже развито понимание, что кроме хороших, добрых и отзывчивых родителей есть и плохие. Плохие — это не только несправедливо относящиеся к ребенку, но и те, которые ссорятся и не могут найти согласия между собой. Отражение мы находим в типичных для возраста страхах перед чертями как нарушителями социальных правил и сложившихся устоев, а заодно и как представителями потустороннего мира.
Максимум страхов наблюдается в 6-8 лет, при уменьшении интенсивности связей между страхами, но страх при этом более сложно психологически мотивирован и несет в себе больший познавательный заряд. В 6-летнем — детей одолевают тревога и сомнения в отношении своего будущего: «А вдруг я Не буду красивой?», «А вдруг меня никто не возьмет замуж?» В 7-летнем — наблюдается мнительность: «А мы не опоздаем?», «А мы поедем?», «А ты купишь?» Ведущим страхом старшего дошкольного возраста является страх смерти. Его возникновение означает осознание необратимости в пространстве и времени происходящих возрастных изменений. Ребенок начинает понимать, что взросление на каком-то этапе знаменует смерть, неизбежность которой вызывает беспокойство как эмоциональное неприятие рациональной необходимости умереть. Так или иначе, ребенок впервые ощущает, что смерть — это неизбежный факт его биографии. Как правило, дети сами справляются с подобными переживаниями, но только в том случае, если в семье жизнерадостная атмосфера, если родители не говорят бесконечно о болезнях, о том, что кто-то умер и с ним (ребенком) тоже может что-то случиться. Если ребенок и так беспокойный, то тревоги подобного рода только усилят возрастной страх смерти.
По данным корреляционного анализа, страх смерти тесно связан со страхами нападения, темноты, сказочных персонажей (более активно действующих в 3-5 лет), заболевания и смерти родителей (более старший возраст), жутких снов, животных, стихии, огня, пожара и войны. При неблагоприятных жизненных обстоятельствах страх смерти способствует усилению многих связанных с ним страхов. В других случаях мы сталкиваемся с боязнью ребенка опоздать — в гости, в детский сад и т. д. В основе страха опоздать, не успеть лежит неопределенное и тревожное ожидание какого-либо несчастья. Иногда подобный страх приобретает навязчивый, невротический оттенок, когда дети мучают родителей бесконечными вопросами-сомнениями вроде: «А мы не опоздаем?», «А мы успеем?», «А ты придешь?» Чаще всего навязчивый страх опоздания присущ мальчикам с высоким уровнем интеллектуального развития, но с недостаточно выраженными эмоциональностью и непосредственностью. Их много опекают, контролируют, регламентируют каждый шаг не очень молодые и тревожно-мнительные родители. К тому же матери предпочли бы их видеть девочками, а к мальчишескому своеволию относятся с подчеркнутой принципиальностью, нетерпимостью и непримиримостью.
Для детей 7-11 лет характерно уменьшение эгоцентрической и увеличение социоцентрической направленности личности. С 6-7 лет ребенок идет в школу. Социальная позиция школьника налагает на него чувство ответственности, долга, обязанности, и это способствует более активному развитию нравственных сторон личности. Социоцентрическая направленность личности, возросшее чувство ответственности проявляются и в заметном преобладании страха смерти родителей по отношению к «эгоцентрическому» страху смерти себя. Связанные со страхом смерти страхи нападения, пожара и войны продолжают быть выраженными, как и в старшем дошкольном возрасте. Однако это не означает, что мы можем окончательно «похоронить» все страхи, и в частности страх смерти. Он трансформируется в страх смерти родителей, а в подростковом возрасте — в страх войны. Младший школьный возраст — это возраст, когда перекрещиваются инстинктивные и социально опосредованные страхи. Ведущий страх в данном возрасте — это страх быть не тем, о ком хорошо говорят, кого уважают, ценят и понимают. Другими словами, это страх не соответствовать социальным требованиям ближайшего окружения, будь то школа, сверстники или семья. Конкретными формами страха «быть не тем» являются страхи сделать не то, не так, неправильно, не так, как следует, как нужно. Если в младшем школьном возрасте не будет сформировано умение оценивать свои поступки с точки зрения социальных предписаний, то в дальнейшем это будет весьма трудно сделать, так как упущено самое благоприятное время для формирования социального чувства ответственности. Недостаточно развито чувство ответственности у детей «безалаберных», скользящих по поверхности родителей, у которых «все хорошо» и «нет проблем». Полное отсутствие чувства ответственности характерно для детей родителей с хроническим алкоголизмом, ведущих к тому же асоциальный образ жизни. Здесь не только генетически ослаблен инстинкт самосохранения, но и психологически повреждены социально-правовые устои жизни в обществе. Задержка развития чувства ответственности бывает и когда ребенок вследствие чрезмерной опеки и отсутствия ограничений настолько отвыкает от ответственности, что при любой попытке заставить его думать самостоятельно, сразу же протестует.
Существует термин «школьная фобия», что подразумевает навязчиво преследующий некоторых детей страх перед посещением школы. Нередко речь идет не столько о страхе школы, сколько о страхе ухода из дома, разлуки с родителями, к которым тревожно привязан ребенок, к тому же часто болеющий и находящийся в условиях гиперопеки. Иногда родители боятся школы и непроизвольно внушают этот страх детям или драматизируют проблемы начала обучения, выполняя вместо детей все задания, а также контролируя их по поводу каждой написанной буквы. В результате у детей появляются чувство неуверенности в своих силах, сомнения в своих знаниях, привычка надеяться на помощь по любому поводу. При этом тщеславные родители, жаждущие успеха любой ценой, забывают, что дети даже в школе остаются детьми — им хочется поиграть, побегать, «разрядиться», и нужно время, чтобы стать такими сознательными, какими их хотят видеть взрослые.
Обычно не испытывают страха перед посещением школы уверенные в себе, любимые, активные и любознательные дети, стремящиеся самостоятельно справиться с трудностями обучения и наладить взаимоотношения со сверстниками. Другое дело, если речь идет о подчеркнуто самолюбивых, с завышенным уровнем притязаний детях, которые не приобрели до школы необходимого опыта общения со сверстниками, не ходили в детский сад, чрезмерно привязаны к матери и недостаточно уверены в себе. Некоторые дети панически боятся сделать ошибку, когда готовят уроки или отвечают у доски, потому что их мать педантично проверяет каждую букву, каждое слово.
Помимо «школьных» страхов для детей этого возраста типичен страх стихии — природных катаклизмов: бури, урагана, наводнения, землетрясения. Он не случаен, ибо отражает еще одну особенность, присущую данному возрасту: так называемое магическое мышление — склонность верить в «роковое» стечение обстоятельств, «таинственные» явления, предсказания и суеверия. В этом возрасте переходят на другую сторону улицы, увидев черную кошку, верят в «чет и нечет», тринадцатое число, «счастливые билеты». Это возраст, когда одни дети просто обожают истории о вампирах, привидениях, а другие их панически боятся.
Тревожность в отличие от тревоги, проявляемой в зависимости от ситуации, как и боязнь, — более устойчивое психическое состояние, лежащее в основе опасений. Если страх и боязнь — удел преимущественно дошкольного, то тревожность и опасения — подросткового возраста. Подростковый возраст — ответственный период в становлении мировоззрения, системы отношений, интересов, увлечений и социальной направленности. Существенное развитие претерпевает самооценка, которая неразрывно связана с чувством самоуважения, уверенностью в себе в контексте реальных межличностных отношений. Подросток, с одной стороны, стремится сохранить свою индивидуальность, быть собой, а с другой — быть вместе со всеми, принадлежать группе, соответствовать ее ценностям и нормам. Разрешить это противоречие не очень легко, и здесь есть несколько путей: от эгоцентризма и ухода в себя ценой потери контактов со сверстниками и дружбы с ними до слепого конформизма — некритического восприятия любых групповых предписаний, отказа от личной свободы и самостоятельности в мнениях и суждениях.
Все страхи можно условно разделить на природные и социальные. Природные страхи основаны на инстинкте самосохранения и помимо основополагающих страхов смерти себя и родителей включают страхи: чудовищ, призраков, животных, темноты, движущегося транспорта, стихии, высоты, глубины, воды, замкнутого пространства, огня, пожара, крови, уколов, боли, врачей, неожиданных звуков и т. д. Социальные страхи — это страхи одиночества, каких-то людей, наказания, не успеть, опоздать, не справиться, не совладать с чувствами, быть не собой, осуждения со стороны сверстников и т. д.
Наличие устойчивых страхов в подростковом возрасте всегда свидетельствует о неспособности защитить себя. Постепенное перерастание страхов в тревожные опасения говорит также о неуверенности в себе и отсутствии понимания со стороны взрослых, когда нет чувства безопасности и уверенности в ближайшем, социальном окружении. Следовательно, подростковая проблема «быть собой среди других» выражается как неуверенностью в себе, так и неуверенностью в других. Вырастающая из страхов неуверенность в себе является основой настороженности, а неуверенность в других служит основой подозрительности. Настороженность и подозрительность превращаются в дневные страхи, в недоверчивость, что оборачивается в дальнейшем предвзятостью в отношениях с людьми, конфликтами или обособлением своего «я» и уходом от реальной действительности.

Часть 2.
Страхи зависят не только от возраста, но и от различных факторов:
1. Отношение в семье. Чем более уравновешены отношения, тем менее к каким-либо страхам ребёнок склонен. Изменение сложившихся эмоциональных отношений происходит при рождении второго ребенка. Тогда старший, привыкший к постоянной заботе, может беспокойством и обидой ответить на переключение внимания матери. Чтобы привлечь внимание взрослых, он идет на всякие ухищрения. Одно «срабатывает» лучше всего — стоит заболеть, чего-то испугаться, и мать опять принадлежит ему, ласкает, заботится, уговаривает.
На количество страхов оказывает влияние состав семьи. У девочек и мальчиков старшего дошкольного возраста число страхов заметно выше в неполных семьях, что подчеркивает особую чувствительность этого возраста к разрыву отношений между родителями. Наиболее подвержены страху единственные дети в семье — эпицентр родительских забот и тревог. Единственный ребенок находится, как правило, в более тесном эмоциональном контакте с родителями и легко перенимает их беспокойство. Увеличение числа детей в семье, когда есть с кем пообщаться, поиграть, обычно способствует уменьшению страхов, в то время как увеличение числа взрослых может действовать противоположным образом, если они заменяют ребенку весь окружающий мир, создавая искусственную среду, в которой нет места сверстникам, детскому смеху, радости, проказам, непосредственному выражению чувств. Невозможность в этих условиях быть самим собой порождает хроническое чувство эмоциональной неудовлетворенности и беспокойства, особенно при нежелании или неспособности играть роли, навязываемые взрослыми.
Способствует страхам и более чем благополучная атмосфера в семье, но с чрезмерной опекой, постоянным нахождением рядом взрослых, предупреждением каждого самостоятельного шага ребенка. Всем этим непроизвольно подчеркивается, что он слабый и беззащитный перед окружающим его миром, полным неизвестности и опасности. Не дает сформироваться адекватной психологической защите от страхов и слишком уступчивое, нерешительное поведение родителей, постоянно сомневающихся в правоте своих действий и уже этим обнаруживающих непоследовательность своих требований и решений.
Уверенное, спокойное, любящее поведение отца, служащее примером для детей, способно стабилизировать их психическое развитие уже тем, что у матери отпадет необходимость в тревожной опеке, и она будет выражать свои чувства перед ребенком более спокойно и непосредственно, способствуя вместе с отцом развитию его активности и самостоятельности. Если же отцы не выполняют подобную роль в семье и у них нет эмоционального контакта с детьми, особенно с сыновьями, то тревожная мнительность некоторых матерей, продолжающих чрезмерно опекать своих взрослеющих детей, неблагоприятно отражается на дальнейшем формировании их характера.

2. Ситуативные испуги, психические травмы: например, ребёнок напуган «страшной тётей в платке», большой собакой, машиной, вероятностью помещения в больницу. Определить спусковую ситуацию порой бывает нелегко, но в данном случае тревога корректируется легче. Признаком этой природы страха является то, что имела место реальная ситуация и она реально воздействовала на ребёнка.

3. Наличие потенциально опасных ситуаций: фантазия ребёнка останавливается на одном или нескольких вариантах развития событий, которые не произошли, но могут (могли бы произойти). Наиболее часто тревожность возникает, когда дети: боятся развода родителей; боятся быть потерянными; боятся, что с родителями что-то случится или что мама уйдёт, разлюбит, забудет; получают информацию, которая не может быть адекватно переработана, но глубоко проникает в память ребёнка из разговора родителей, случайных реплик, телепрограмм, фильмов-катастроф, триллеров; боятся подвергнуться насилию со стороны чужих (воров, бандитов).

4. Наличие родительских (семейных) проблем, если они переносятся на детей: ребёнок явно или неявно становится ареной психологической борьбы между взрослыми, что приводит к развитию тревожности.

5. Неадекватность требований, предъявляемых ребёнку, его возрасту и уровню развития: малыш начинает бояться ошибок, каких-либо действий вообще, чувствует себя постоянно неспособным
ъъъъствовать. У .маленьких детей эти ощущения находятся в очень размытом, практически невербализуемом состоянии и могут выражаться косвенно: в рисунках, в привычках.

6. Искажения личности ребёнка стилем воспитания: прежде всего, это преобладание гиперопеки или равнодушия. При этом, у внешне благополучного, здорового ребёнка может наблюдаться плавающая внеситуативная тревожность, причина которой кроется чаще всего в неподготовленности ребёнка решать адекватные возрасту задачи. Часто такая тревожность принимает форму лени, равнодушия, неорганизованности. Следует учесть, что деструктивность стиля воспитания не всегда осознается родителями.

7. Определённые психические свойства ребёнка (повышенная сенситивность, психастеничность и.т.п.) или наличие определённых способностей. Например, опережающее развитие интеллекта часто даёт ребёнку многообразие вариантов разрешения ситуаций, в том числе и пугающих. Кроме того, более интеллектуальные дети раньше начинают испытывать экзестенциальные страхи (страх смерти, страх самоубийства). Причём эти страхи могут возникать уже у дошкольников. Страхи такого рода трудно диагност ьируются и поддаются коррекции. Часто их трудно дифференцировать от психопатического развития.

8. Нарушение соматического и психопатического плана: ребёнок становится тревожным из-за постоянного ожидания приступа (например, эпилепсии, галлюцинации).

9. Успешность -неуспешность разрешения возрастных кризисов: тревожность в данном случае рождается несоответствием между освоенными и необходимыми ребёнку способами реагирования в различных ситуациях. Внешне такой ребёнок обычно кажется более инфантильным, при сохранении познавательных навыков.

Часть 3.
Преодоление страхов. Определить боящегося ребенка обычно не составляет труда, если учесть напряженность и беспокойство в поведении, избегание источника угрозы и положительный ответ на вопрос о наличии страха. В последнем случае может присутствовать не столько сам страх, сколько опасения по поводу вероятности того или иного события. Так, подавляющее большинство возрастных страхов существуют только тогда, когда ребенок представляет их по какому-либо поводу или ему напоминают окружающие. Есть и, так называемые, «немые» страхи, часто отрицаемые детьми при опросе, но признаваемые родителями. Это прежде всего ситуативные страхи опоздания (у дошкольников), животных и неожиданных звуков.
Существуют две взаимоисключающие точки зрения в отношении возникших страхов. По одной из них, страхи — это сигнал к тому, чтобы еще больше оберегать нервную систему ребенка, предохранять его от всех опасностей и трудностей жизни. Подобной точки зрения нередко придерживаются некоторые врачи-невропатологи и педагоги, советующие лечебно-охранительный режим вместе с исключением чтения сказок, просмотра мультфильмов и остальных телепередач, посещения новых мест. Такие советы родители охотно воспринимают как необходимость ограничения самостоятельности, усиления опеки и начинают беспокоиться с удвоенной энергией. Получается, что ребенок еще больше изолируется от окружающего мира, контактов со сверстниками и оказывается в замкнутой семейной среде, где продолжение общения с тревожно-мнительными взрослыми только усиливает его подверженность страхам, опасениям и сомнениям.
Противоположный взгляд состоит в игнорировании страхов как проявлений слабости, безволия или непослушания. Страхи не замечают, ребенку не сочувствуют, над ним иронизируют, смеются, а то и наказывают за проявления трусости и малодушия. При такой бездушной или репрессивной тактике родителей, дети боятся признаться не только в своих опасениях и страхах, но и в переживаниях вообще. Тогда со страхами, как интимными переживаниями, выплескиваются и доверие, искренность, открытость детей в отношениях с родителями. Жестокость и бесчувствие, культивируемые в таких семьях, деформируют характер детей, «не страдающих» в подростковом, юношеском и взрослом возрасте от избытка человеческих чувств и переживаний.
Страх, следовательно, можно устранить и крайними мерами. Но система тотальных предохранений и необоснованных наказаний, искусственная изоляция ребенка рухнут, как карточный домик, при столкновении с жизнью в более старшем возрасте, а закрытость чувств и двойственность в характере придется по душе далеко не всем в дальнейшем.
Наиболее адекватный вариант — отношение к страхам без лишнего беспокойства и фиксации, чтения морали, осуждения и наказания. Если страх выражен слабо и проявляется временами, то лучше отвлечь ребенка, занять интересной деятельностью, поиграть с ним в подвижные, эмоционально насыщенные игры, выйти на прогулку, покататься с горки, на санках, лыжах, велосипеде. Тогда многие страхи рассеиваются, как дым, если к тому же ребенок чувствует поддержку, любовь и признание взрослых, их стабильное и уверенное поведение.
Следовательно, чем больше интересов у детей, тем меньше страхов, и, наоборот, чем больше ограничен круг интересов и контактов, тем больше фиксация на своих ощущениях, представлениях и страхах. В большинстве случаев страхи уходят сами, так и не заявив о себе в полный голос.
Малышам от двух до пяти лет зачастую просто требуется «защита». Таким детям тщетно объяснять, что в темной комнате нет ничего страшного. Достаточно дать понять ребёнку, что вы рядом с ним, поэтому бояться нечего. Естественно, что предоставлять самостоятельность надо как можно раньше, когда малыш только начинает ползать. Убрав все опасные предметы, родители должны разрешать ему свободно передвигаться по квартире. Самостоятельность всячески поощряется, «нет» произносится только в самых необходимых случаях, но зато соблюдается неукоснительно. И у самих родителей нет испуганного выражения лица, тревожных возгласов, панических криков, драматических реакций и беспрерывных запретов. Они спокойны, потому что знают: все мелкие предметы, которые ребенок может проглотить, уже убраны. Дошкольникам и детям младшего школьного возраста фантазия и ваша поддержка помогут преобразовать страх перед таинственным и неизведанным в ожидание сюрприза. Дети дошкольного и младшего школьного возраста гораздо чётче представляют природу своего страха. В их рисунках ещё сквозит определяющая обобщённость, но появляются хорошо узнаваемые детали из жизни. Такая узнаваемость на рисунке помогает взрослому понять причину детских страхов. Возрастные проявления навязчивости, тревожности и мнительности сами проходят у детей, если родители жизнерадостны, спокойны, уверены в себе, а также если они учитывают индивидуальные и половые особенности своего ребенка. Следует избегать наказаний за неприличные слова, терпеливо объясняя их неприемлемость и одновременно предоставляя дополнительные возможности для снятия нервного напряжения в игре. Помогает и налаживание дружеских отношений с детьми другого пола, и здесь не обойтись без помощи родителей. Тревожные ожидания детей рассеиваются спокойным анализом, авторитетным разъяснением и убеждением. В отношении мнительности самое лучшее — не подкреплять ее, переключить внимание ребенка, побегать вместе с ним, поиграть, вызвать физическое утомление и постоянно самим выражать твердую уверенность в определенности происходящих событий.
Исключительным авторитетом у старших дошкольников пользуется родитель того же пола. Ему во всем подражают, в том числе привычкам, манере поведения и стилю взаимоотношений с родителем другого пола, которого по-прежнему любят. Подобным образом устанавливается модель семейных взаимоотношений. Заметим, что эмоционально теплые отношения с обоими родителями возможны только при отсутствии конфликта между взрослыми, поскольку в этом возрасте дети, особенно девочки, очень чувствительны к отношениям в семье (как, впрочем, и к отношению других значимых для них людей). Авторитет родителя того же пола уменьшается из-за эмоционально неприемлемого для ребенка поведения и неспособности стабилизировать обстановку в семье.
Дети старшего школьного возраста могут преодолеть свой страх, используя своё воображение и чувство юмора. С возрастом дети довольно определённо формулируют для себя список «страшных» проблем. Как правило, они касаются взаимоотношений со сверстниками и окружающим взрослым миром.
Первым этапом в преодолении чувства страха является его конкретизация: пусть малыш назовёт страх, нарисует его, споёт, как он звучит, изобразит его сам — с помощью рук, ног, мимики. Именно конкретизация страхов поможет ребёнку избавиться от неопределённости и выплеснет наружу то, что тревожит и мучает. Расскажите малышу о его страхе, познакомьте ребёнка с ним: то, что понятно, уже не пугает.
Для преодоления боязней можно использовать изобразительное искусство. Не ограничивайте детей в использовании изобразительных средств. Чем младше ребёнок, тем больше должны быть и кисть, и бумага.
Второй, не менее значимый этап в преодолении чувства страха — моделирование выхода из сложившейся ситуации. Существует много приёмов и способов:
-дорисовка защитного объекта;
-закрашивание «страшного»;
-уничтожение зла (скомкать, порвать, выбросить);
-дорисовка интересных интригующих деталей («сюрприз»);
— видоизменение рисунка: превращение страшного в смешное;
— развитие (дорисовка) ситуации, с возможными последующими решениями;
— украшение мрачного, преобразование в красивое;
— «заглядывание в темноту»(расчищение тёмного пространства).

Малышам бывает гораздо проще нарисовать, не детализируя, страх, чем описать его словесно, поскольку ассоциативное мышление у них развито лучше. Рисуя, такой ребёнок, не просто изображает конкретные предметы, а живёт в выдуманном микрокосме. Ребёнок додумывает то, чего нет на рисунке. Для вас нарисована коробка, а малыш «видит» в ней куклу или книжку. И ребёнок подробно опишет, как живут кукла и книжка, как они выглядят. Малышам бывает гораздо проще нарисовать, не детализируя, страх, чем описать его словесно, поскольку ассоциативное мышление у них развито лучше. Дети дошкольного и младшего школьного возраста гораздо чётче представляют природу своего страха. В их рисунках ещё сквозит определяющая обобщённость, но появляются хорошо узнаваемые детали из жизни. Такая узнаваемость на рисунке помогает взрослому понять причину детских страхов.
Игра — способ выражения чувств, познания и моделирования окружающей ребенка действительности. Игра — это движение, победа, радость, удовольствие. Игра для ребенка — дело серьезное, поэтому и относиться к ней надо соответствующим образом.
Игра, как и рисование, позволяет лучше понять переживания детей, их интересы, потребности, характер, темперамент. Она помогает ребенку приобрести определенные навыки в той или иной деятельности, в том числе в общении, усвоить социальные нормы поведения, доставляет ребенку удовольствие, повышает жизненный тонус, улучшает эмоциональное и физическое состояние. К тому же игра обладает терапевтической функцией, поскольку в ней травмирующие жизненные обстоятельства переживаются в условном, а значит ослабленном виде и, кроме того, происходит их эмоциональное отреагирование — катарсис.
Игра невозможна без риска, и нежелание быть последним, проигравшим, так же, как и надежда на победу, представляет собой моделирование, репетицию возможных жизненных ситуаций, что позволяет лучше адаптироваться к ним в реальной жизни.
Предложите ребёнку проиграть травмирующую ситуацию самому или через куклу. Завершите этот опыт по, подскажите малышу положительный выход из ситуации.

Используемая литература:
1. А. И. Захаров
Дневные и ночные страхи у детей. Серия «Психология ребенка». — СПб.: «Издательство СОЮЗ», 2000. — 448 с; ил.
2. Т.А. Арефьева, Н.И. Галкина. Преодоление страха у детей: Тренинг -М.: Изд-во Института психотерапии, 2005.-288 с.ил.

5 комментариев

  • Уважаемая Марина, здравствуйте. Хочу для начала задать Вам встречный вопрос: а так ли надо бороться с боязнью? Может, просто попробовать понять ребёнка? Этот страх может просто пройти со временем. Скорее всего, ребёнок боится утонуть или нахлебаться воды. За этим страхом — он находится на поверхности — могут крыться другие: страх смерти, страх наказания, страх потери родителей, травмы момента рождения и.т.д. Если боязнь воды не мешает ребёнку жить: он просто не любит плавать в открытых водоемах — то не надо давить на него и заставлять плавать. Покажите своим примером, что можно веселиться в воде и играть, покажите видео с сильными пловцами или прекрасными пловчихами (для девочек), попросите детей постарше поиграть с вашим ребенком. Если страх перед водой мешает ребёнку жить: он не любит купаться, не любит мыть руки, реагирует истериками или криками на приближение к воде или вы хотите подробнее разобраться в причинах поведения и изменить их — придите на прием к психологу вместе с ребенком. Есть множество способов: через куклы, рисунки понять подоплеку страха ребенка и разобраться с ним.

    • Ольга Алексеевна, спасибо Вам за советы. Сын всегда был осторожным: с самого младенчества. Никуда никогда не лез, прежде чем сделать шаг, подумает. К людям недоверчив — особенно к незнакомым. Может, это черта характера — излишняя осторожность… Не хотелось бы, чтобы это перерастало в фобии. Думала, повзрослеет и перерастет — все же в этом возрасте дети вовсю плещутся в реках и морях, а мой… Хотя я тоже боюсь глубины. Плаваю вроде, но когда дна не чувству — сразу руки-ноги немеют, и я тону. Может, это семейное…

      • Уважаемая Марина, если неврологи не отмечают задержек в развитии Вашего сына, если у него не было сложных стрессовых ситуаций в жизни, то, скорее всего, его поведение выдаёт просто осторожный характер. Здесь нет ничего страшного — все люди разные. Чтобы поощрять смелость в ребенке, а также инициативность, уверенность, общительность, можно делать следующее: 1. Подобрать интересный для него подвижный вид спорта. 2. Почаще бывать на воздухе и играть вместе в весёлые и спортивные игры. 3. Затеивать с другими детьми во дворе веселые мероприятия. ваш сын, если не поучаствует — так понаблюдает и получит хороший опыт радостного общения. 4. Хвалите почаще ребёнка за его реальные достижения и рассказывайте, что конкретно он сделал успешно. 5. Ходите почаще в гости к знакомым с детьми — в домашней обстановке проще раскрепоститься. 6. Рассказывайте сыну о людях — кто чем занимается, кто что одевает, с кем дружит. Рассматривайте картинки в книжках и обсуждайте. 7. Если ребёнок захочет плавать — он поплывет, ведь это его личное дело, не правда ли?)) 8. Ваши страхи глубины — чисто психологические. У Вас ведь нет судорог? Когда Вы тонете, Вы теряете активность при отсутствии поддержки. У Вас были в жизни ситуации, когда Вы вдруг понимали, что Вы одиноки, без поддержки, и тогда Вы внутренне немели? Что вам напоминает плавание? Чего вы опасаетесь, потеряв дно?

      • Дети очень часто перенимают страхи взрослых. вы вполне могли невербально и неосознанно передать свой страх воды малышу. Разберитесь, чего Вы боитесь: своего неумения плавать или чего-то нерационального — ирреального?

  • Ольга Алексеевна, помогите советом. Мой ребенок (5 лет) боится воды. Причем никогда не тонул, не падал в воду и вообще не припомню никаких эксцессов, связанных с водой. Почему такое может быть? и как с этим бороться? Благодарю.